Строго говоря, в онтогенезе повторяется не весь ряд древних форм, а только ряд

На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Конрад Лоренц. Агрессия. Часть 101

 


 


Как многие телесные признаки или инстинктивные действия, так и ритуа-
лизованные церемонии в процессе индивидуального развития животного, в
онтогенезе, проходят, в общих чертах, тот же путь, какой они прошли в
ходе эволюционного становления. Строго говоря, в онтогенезе повторяется
не весь ряд древних форм, а только ряд данного онтогенеза - как справед-
ливо отметил уже Карл-Эрнст фон Байер, - но для наших целей достаточно и
более упрощенное представление. Итак, ритуал, возникший из переориента-
ции нападения, в своем первом проявлении значительно больше похож на не-
ритуализованный образец, нежели впоследствии, в своем окончательном раз-
витии. Поэтому у самца цихлиды, только вступающего в брачную жизнь, мож-
но отчетливо увидеть - особенно если интенсивность всей реакции не слиш-
ком велика, - что он, пожалуй, весьма охотно нанес бы своей юной супруге
сильный удар, но в самый последний момент какое-то другое побуждение ме-
шает ему, и тогда он предпочитает разрядить свою ярость на соседа. В
полностью развитой церемонии "символ" отошел от символизируемого значи-
тельно дальше, так что ее происхождение маскируется не только "теат-
ральностью" всего действия, но и тем обстоятельством, что оно с очевид-
ностью выполняется ради него самого. При этом функция и символика цере-
монии гораздо заметнее, нежели ее происхождение. Необходим тщательный
анализ, чтобы разобраться в том, сколько же от первоначальных конфликт-
ных побуждений еще содержится в церемонии в данном конкретном случае.
Когда мы с моим другом Альфредом Зейтцем четверть века назад впервые
разглядели описанный здесь ритуал, то функции церемоний "смены" и "при-
ветствия" у цихлид стали нам совершенно ясны очень скоро; но еще долго
мы не могли распознать их эволюционного происхождения.
Что нам, правда, сразу же бросилось в глаза - на первом же, в то вре-
мя изученном лучше других виде африканских рыбок-самоцветов - это
большое сходство жестов угрозы и "приветствия". Мы быстро научились раз-
личать их и правильно предсказывать, поведет ли данное действие к схват-
ке или к образованию пары; но, к досаде своей, долго не могли обнару-
жить, какие же именно признаки служили

нам основой для этого. Только когда мы внимательно проанализировали
постепенные переходы, путем которых самец меняет серьезные угрозы невес-
те на церемонию приветствия, - нам стала ясна разница: при угрозе рыбка
затормаживает до полной остановки прямо перед той, которой угрожает,
особенно если она настолько возбуждена, что обходится даже без удара
хвостом, не говоря уж о развернутом боке. При церемонии приветствия или
смены, напротив, она целит не в партнера, а подчеркнуто плывет мимо него
и при этом, проплывая мимо, адресует ему угрозу развернутым боком и удар
хвостом. Направление, в котором самец предлагает свою церемонию, тоже
подчеркнуто отличается от того, в каком начиналось бы движение атаки.
Если же перед церемонией он неподвижно стоял в воде неподалеку от
супруги, то он всеща начинает решительно плыть вперед до того как выпол-
няет угрозу развернутым боком и бьет хвостом. Таким образом очень отчет-
ливо, почти непосредственно "символизируется", что супруга как раз не
является объектом его нападения, что этот объект надо искать где-то
дальше, в том направлении, куда он плыл.
Так называемое изменение функции - это средство,

 

Назад                         Вперед