В последующие дни этот процесс продолжался: полностью исчезла задержка у окна, а

На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Конрад Лоренц. Агрессия. Часть 44

 


 

несколько ко-
роче, и время, за которое она успокоилась, тоже заметно сократилось. В
последующие дни этот процесс продолжался: полностью исчезла задержка у
окна, а также и впечатление, что гусыня вообще чего-то пугается. Проход
к окну все больше приобретал характер привычки, - и выглядело прямо-таки
комично, когда Мартина решительным шагом подбегала к окну, там без за-
держки разворачивалась, так же решительно бежала назад к лестнице и при-
нималась взбираться на нее. Привычный проход к окну становился все коро-
че, а от поворота на 180o оставался поворот на все меньший угол. Прошел
год - и от всего того пути остался лишь один прямой угол: вместо того
чтобы прямо от двери подниматься на первую ступеньку лестницы у ее пра-
вого края, Мартина проходила вдоль ступеньки до левого края и там, резко
повернув вправо, начинала подъем.
В это время случилось, что однажды вечером я забыл впустить Мартину в
дом и проводить ее в свою комнату; а когда наконец вспомнил о ней, нас-
тупили уже глубокие сумерки. Я заторопился к двери, и едва приоткрыл ее
- гусыня в страхе и спешке протиснулась в дом через щель в двери, затем
у меня между ногами и, против своего обыкновения, бросилась к лестнице
впереди меня. А затем она сделала нечто такое, что тем более шло вразрез
с ее привычкой: она уклонилась от своего обычного пути и выбрала крат-
чайший, т.е. взобралась на первую ступеньку с ближней, правой стороны и
начала подниматься наверх, срезая закругление лестницы. Но тут произошло
нечто поистине потрясающее: добравшись до пятой ступеньки, она вдруг ос-
тановилась, вытянула шею и расправила крылья для полета, как это делают
дикие гуси при сильном испуге. Кроме того она издала предупреждающий
крик и едва не взлетела. Затем, чуть помедлив, повернула назад, торопли-
во спустилась обратно вниз, очень старательно, словно выполняя чрезвы-
чайно важную обязанность, пробежала свой давнишний дальний путь к самому
окну и обратно, снова подошла к лестнице - на этот раз "по уставу", к
самому левому краю, - и стала взбираться наверх. Добравшись снова до пя-
той ступеньки, она остановилась, огляделась, затем отряхнулась и произ-
вела движение приветствия. Эти последние действия всегда наблюдаются у
серых гусей, когда пережитый испуг уступает место успокоению. Я едва ве-
рил своим глазам. У меня не было никаких сомнений по поводу интерпрета-
ции этого происшествия: привычка превратилась в обычай, который гусыня
не могла нарушить без страха.
Описанное происшествие и его толкование, данное выше, многим могут
показаться попросту комичными; но я смею заверить, что знатоку высших
животных подобные случаи хорошо известны. Маргарет Альтман, которая в
процессе наблюдения за оленями-вапити и лосями в течение многих месяцев
шла по следам своих объектов со старой лошадью и еще более старым мулом,
сделала чрезвычайно интересные наблюдения и над своими непарнокопытными
сотрудниками. Стоило ей лишь несколько раз разбить лагерь на одном и том
же месте - и оказалось совершенно невозможно провести через это место ее
животных без того, чтобы хоть символически, короткой остановкой со сня-
тием вьюков, разыграть разбивку и свертывание лагеря. Существует старая
трагикомическая история о проповеднике из маленького городка на амери-
канском Западе, который, не зная

 

Назад                         Вперед