Если исключить голод в качестве побуждения - с помощью очень простой меры

На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Конрад Лоренц. Агрессия. Часть 56

 


 

требо-
вания, какие предъявляет к ним голод (в естественных условиях). Если
исключить голод в качестве побуждения - с помощью очень простой меры,
постоянно наполняя кормушку самой лакомой едой, - то сразу выясняется,
что животное нюхает, ищет след, бегает и гоняет почти так же, как и в
том случае, когда вся эта деятельность необходима для удовлетворения по-
требности в пище. Но если собака очень голодна - она делает все это из-
меримо активнее. Таким образом, хотя вышеназванные инструментальные инс-
тинкты имеют свою собственную спонтанность, но голод побуждает их к еще
большей активности, чем они проявили бы сами по себе.
Именно так: побуждение может быть побуждаемо!
Такая подверженность спонтанных функций стимулам, идущим откуда-то со
стороны, - это в физиологии вовсе не исключение и не новость. Инстинк-
тивное действие является реакцией - в тех случаях, когда оно следует в
ответ на стимул какого-то внешнего раздражения или какого-то другого по-
буждения. Лишь при отсутствии таких стимулов оно проявляет собственную
спонтанность.
Аналогичное явление уже давно известно для возбуждающих центров серд-
ца. Сердечное сокращение в норме вызывается ритмичными автоматическими
импульсами, которые вырабатывает так называемый синусно-предсердный узел
- орган, состоящий из высокоспециализированной мышечной ткани и располо-
женный у входа кровотока в предсердие. Чуть дальше по ходу кровотока, у
перехода в желудочек, находится второй подобный орган - предсердно-желу-
дочковый узел, к которому от первого ведет пучок мышечных волокон, пере-
дающих возбуждение. Оба узла производят импульсы, способные побуждать
желудочек к сокращениям. Синусный узел работает быстрее, чем предсерд-
но-желудочковый, поэтому последний, при нормальных условиях, никогда не
оказывается в состоянии вести себя спонтанно: каждый раз, когда он мед-
ленно собирается выстрелить свой возбуждающий импульс, он получает тол-
чок от своего "начальника" и стреляет чуть раньше, чем сделал бы это,
будучи предоставлен сам себе. Таким образом "начальник" навязывает "под-
чиненному" свой собственный рабочий ритм. Теперь проделаем классический
эксперимент Станниуса и прервем связь между узлами, перерезав пучок,
проводящий возбуждение; таким образом мы освобождаем предсердно-желудоч-
ковый узел от тирании синусного, и при этом первый из них делает то, что
часто делают в таких случаях подчиненные, - перестает работать и ждет
команды. Иными словами, сердце на какой-то момент замирает; это издавна
называют "пред-автоматической паузой". После короткого отдыха предсерд-
но-желудочковый узел вдруг "замечает", что он, собственно говоря, и сам
прекрасно может выработать нужный стимул и через некоторое время послать
его в сердечную мышцу. Раньше до этого никогда не доходило, потому что
он всегда получал сзади толчок на какую-то долю секунды раньше.
В таких же отношениях, как предсердно-желудочковый узел с синусным,
находится большинство инстинктивных действий с различными источниками
мотиваций высших порядков. Здесь ситуация осложняется тем, что, во-пер-
вых, очень часто, как в случае с инструментальными реакциями, один слуга
может иметь множество хозяев, а во-вторых - эти хозяева могут быть самой
разной природы. Это могут быть органы, автоматически и ритмично произво-
дящие возбуждение, как синусный узел; могут быть рецепторы, внутренние и
внешние, принимающие и передающие дальше - в форме импульсов - внешние и
внутренние раздражения, к которым относятся и потребности тканей, как
голод, жажда или недостаток кислорода. Это, наконец, могут быть и железы
внутренней

 

Назад                         Вперед