Пространство, ради- ус которого определен индивидуальной дистанцией, можно

На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Конрад Лоренц. Агрессия. Часть 89

 


 

которые оказались слишком
близко друг к другу, тотчас затевают драку, и она продолжается до тех
пор, пока повсюду не установится "предписанный" интервал, очень удачно
обозначенный Хедигером как индивидуальная дистанция. Пространство, ради-
ус которого определен индивидуальной дистанцией, можно рассматривать как
своего рода крошечную транспортабельную территорию, потому что поведен-
ческие механизмы, обеспечивающие поддержание этого пространства, в прин-
ципе ничем не отличаются от описанных выше, определяющих границы сосед-
них владений. Бывают и настоящие территории - например, у олушей, гнез-
дящихся колониями, - которые возникают в точности так же, как распреде-
ляются сидячие места у скворцов: крошечное владение пары олушей имеет
как раз такие размеры, что две соседние птицы, находясь каждая в центре
своего "участка" (т.е. сидя на гнезде), только-только не достают друг
друга кончиком клюва, когда обе вытянут шеи, как только могут.
Итак, стайное объединение и внутривидовая агрессия не совсем исключа-
ют друг друга, но мы упомянули об этом лишь для полноты общей картины.
Вообще же для стайных животных типично отсутствие какой бы то ни было
агрессивности, а вместе с тем и отсутствие индивидуальной дистанции.
Сельдевые и карповые косяковые рыбы не только при беспокойстве, но и в
покое держатся так плотно, что касаются друг друга; и у многих рыб, ко-
торые во время нереста становятся территориальными и крайне агрессивны-
ми, всякая агрессивность совершенно исчезает, как только эти животные,
позаботившись о продолжении рода, снова собираются в стаи, как многие
цихлиды, колюшка и другие. В большинстве случаев неагрессивное косяковое
состояние рыб внешне проявляется в их особой окраске. У очень многих ви-
дов птиц тоже господствует обычай - на время, не связанное с заботой о
потомстве, вновь собираться в большие анонимные стаи, как это бывает у
аистов и цапель, у ласточек и очень многих других певчих птиц, у которых
супруги осенью и зимой не сохраняют никаких связей.
Лишь у немногих видов птиц и в больших перелетных стаях супружеские
пары - или, точнее, родители и дети - держатся вместе, как у лебедей,
диких гусей и журавлей. Понятно, что громадное количество птиц и теснота
в большинстве крупных птичьих стай затрудняют сохранение связей между
отдельными особями, но большинство этих животных и не придает этому ни-
какого значения. В том-то и дело, что форма такого объединения совершен-
но анонимна; каждому отдельному существу общество каждого сородича так
же мило, как и любого другого. Идея личной дружбы, которая так прекрасно
выражена в народной песне, - "У меня был друг-товарищ, лучше в мире не
сыскать", - абсолютно неприложима в отношении такого стайного существа:
каждый товарищ так же хорош, как и любой другой; хотя ты не найдешь ни-
кого лучше, но и никого хуже тоже не найдешь, так что нет никакого смыс-
ла цепляться за какого-то определенного члена стаи как за своего друга и
товарища.
Связи, соединяющие такую анонимную стаю, имеют совершенно иной харак-
тер, нежели личная дружба, которая придает прочность и стабильность на-
шему собственному сообществу. Однако можно было бы предположить, что
личная дружба и любовь вполне могли бы развиться в недрах такого мирного
объединения; эта мысль кажется особенно заманчивой, поскольку анонимная
стая, безусловно, появилась в процессе эволюции гораздо раньше

 

Назад                         Вперед