Тогда он мог направить свое внимание на субъективную комфортность и обнаружить себя

На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Бэндлер Р. Гриндер Д. Паттерны гипнотических техник Милтона Эриксона. Часть 45

 


 

находил себя “выходящим с целью осознания” окружающей действительности, и что это могло инициировать только неглубокий транс. Тогда он мог направить свое внимание на субъективную комфортность и обнаружить себя уже в состоянии входа в глубокий транс.
В конце концов, после повторных экспериментов, ему были даны и постгипнотическое, и непосредственно гипнотическое предложения оставаться в трансе средней глубины. В таком случае он мог делать это без каких-либо особых забот. Он описал состояние “средней глубины транса” как характеризующееся в первую очередь приятнейшим чувством субъективного комфорта и смутным, неясным, несовершенным сознанием существования внешней реальности, для изучения которой он чувствовал потребность в существенной мотивации. Так или иначе, если он пытался проанализировать хотя бы единичный фрагмент реальности на его объективную ценность, транс немедленно становился значительно менее глубоким. С другой стороны, когда он анализировал фрагмент внешней реальности на его субъективную ценность, например, мягкий комфорт подушек кресла в контрасте с внутренним покоем комнаты, транс становился глубже. Но как неглубокие, так и глубокие трансы характеризовались потребностью каким-то образом ощущать внешнюю реальность, не обязательно ясно, но все же с сохранением некоторого различимого состояния ее.
Для обоих типов транса были проведены эксперименты с целью обнаружить, какие гипнотические феномены могут быть выявлены и в
66

неглубоком, и в средней глубины трансах. Такой же эксперимент был проделан на других подходящих субъектах и также на субъектах, которые устойчиво осуществляли только неглубокий транс, и с теми. кто устойчиво, как казалось, был неспособен идти дальше, чем средней глубины транс. Во всех таких опытах результаты совпадали, и самым важным, казалось, была потребность неглубоко и до средней степени транса загипнотизированных субъектов оставить хотя бы некоторые зацепки за внешнюю реальность и ориентировать их состояние транса на иное, нежели внешняя реальность, но сохраняя при этом, хотя и весьма тонкую по характеру, ориентацию на нее, ощущая ее доступной для немедленной утилизации субъектом.
Другой вещью, которую Хаксли открыл своими собственными усилиями, без моего руководства, и о которой я был полностью осведомлен при работе с другими субъектами, было то. что феномены глубокого гипноза могут быть отработаны как в неглубоком трансе, так и в трансе средней силы. Хаксли, наблюдая глубокий гипноз, подумал о возможности создания галлюцинаторных явлений в неглубоком трансе. Он попробовал достичь этого использованием собственного удовольствия от своего субъективного состояния физического комфорта и добавлением к нему дополнительного субъективного качества, конкретно - приятного вкусового ощущения. Ему оказалось весьма легко живо галлюцинировать различные вкусовые ощущения, смутно раздумывая, что бы подумал я, если бы знал, чем он занимается. Он не знал об усилении своих глотательных движений, происходящих при этом. От вкусовых ощущений он перешел к обонятельным галлюцинация.”, как приятным, так и неприятным. Он не осознавал, что он выдавал это трепетанием ноздрей. В эти моменты он думал, как он впоследствии объяснял, что он имел “чувство”, что галлюцинация полностью “внутреннего типа процессов”, то есть происходящие внутри самого тела, должны быть проще, чем те, в которых галлюцинация проявила себя как внешняя по отношению к телу. От обонятельных галлюцинаций он прогрессировал к кинестетическим, проприоцептивным, и. наконец, тактильным ощущениям. В опыте переживания кинестетических галлюцинаторных ощущений он галлюцинировал себя совершающим долгую прогулку, оставаясь постоянно при сознании, что я присутствую в какой-то неясно осмысливаемой комнате. На

 

Назад                         Вперед