Впоследствии, работая с индуцированными негативными галлюцинациями, он обнаружил

На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Бэндлер Р. Гриндер Д. Паттерны гипнотических техник Милтона Эриксона. Часть 55

 


 

это будет наиболее трудно в легком или глубоком трансе, так как негативная галлюцинация являлись наиболее деструктивными для реальных значений, даже тех, которые присутствовали в гипнотической ситуации. Впоследствии, работая с индуцированными негативными галлюцинациями, он обнаружил, что я был неясным по очертаниям, несмотря на то, что он мог создать глубокий транс с негативными галлюцинациями, присущими этому глубокому трансу для всей внешней реальности, кроме реальности гипнотической ситуации, которые должны были оставаться ясными, и хорошо различимыми, пока не была бы предложена обратная ситуация. Последующая работа с другими субъектами подтвердила обнаруженное Хаксли. Я ранее не исследовал такую природу негативных галлюцинаций в легком и среднем трансах.
С этой точки зрения Хаксли вызывал свое определение номера страницы в состояниях более легкого транса во время изучения гипермнезии, и он попросил, чтобы его подвергли таким же тестам в глубоком гипнозе. Вместе мы проштудировали шкаф библиотеки, в конце концов выбрав несколько книг, которые, как Хаксли был уверен, он прочел много лет назад, но к которым он не прикасался в течение 20 или более лет (одну, как впоследствии стало видно он никогда не читал, другие пять читал).
В глубоком трансе с закрытыми глазами Хаксли внимательно слушал, как я открыл случайным образом книгу и читал с полдюжины строк из выбранного параграфа. Для некоторых он выделял номер страницы практически сразу же и затем галлюцинировал страницу и “читал” ее в месте, где я остановился. К двум книгам он обращался, как он вспомнил, пятнадцать лет назад. Для двух других он нашел трудным правильно определить номер страницы и даже дать его только приблизительным образом. Он не мог галлюцинировать печатный текст и не мог дать чуть более, чем оживление выраженной мысли, но это, по существу, было корректно. Он не мог определить когда он читал их, но был уверен, что это было более 25 лет назад.
В посттрансовом обсуждении Хаксли был более всего удивлен тем, что его воспоминания были вполне изощрены, однако их сопровождал комментарий опыта, в основе интеллектуальный, с восстанавливаемыми воспоминаниями, лишенными любых эмоциональных сигнификаций принадлежности ему как персоне. Это привело к общему обсуждению гипноза и глубокой рефлексии с общим же ощущением неадекватности со стороны Хаксли, содержащим правильную концептуализацию его ощущений в сравнении с оценками. В то же время как Хаксли был очень обрадован своими гипнотическими ощущениями из-за их занимательности
80

и нового понимания, которое они предлагали ему, он был некоторым образом в растерянности. Он чувствовал, что, по чисто личным ощущениям, он получал определенные неидентифицируемые субъективные ценности от состояния глубокой рефлексии, не обязательно получаемые из гипноза, которые предлагали лишь новое пространство точек зрения. Глубокая рефлексия, как он декларировал, давала ему определенные внутренние стойкие ощущения, которые, казалось, играли некоторую существенную роль в его паттерне существования.
Во время этого обсуждения он неожиданно спросил, сможет ли гипноз быть использованным для того, чтобы позволить ему изучать его психоделические опыты. Его просьбе пошли навстречу, но после пробуждения от транса он выразил чувство, что гипнотические переживания были совсем отличны от тех, которые являлись приблизительным “прочувствованном” с помощью глубокой рефлексии. Он объяснил, что гипнотическое исследование не давало ему внутреннего чувства, а именно продолжительного субъективного чувства нахождения прямо сейчас в центре его психоделического переживания, что здесь имело

 

Назад                         Вперед