Ничто не может быть одновременно и отцом, и беременным

На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Бэндлер Р. Гриндер Д. Паттерны гипнотических техник Милтона Эриксона. Часть 61

 


 

Другой способ репрезентировать эти факты - это установить, что множество объектов/ людей, которые определяются термином отец, и множество объектов/ людей, которые определяются словом беременный, не пересекаются; они не имеют общих членов. Ничто не может быть одновременно и отцом, и беременным. Лингвистически, предикат беременный, как говорят, обладает выборочным ограничением, которая требует, в случае его применения к кому-то, чтобы этот кто-то был женщиной. Другие выборочные ограничения менее явно деформированы. Например, некоторые из вас, читатели, найдут следующие предложения вполне приемлемыми, другие осудят их как абсолютно неприемлемые, тогда как третьи же найдут, что одни приемлемы, а другие- нет, а некоторые - неясно:
Мой кот Трипод чувствует себя дураком.
Мой кот чувствует себя дураком.
Моя золотая рыбка чувствует себя дурой.
Мой червяк чувствует себя дураком.
Мои розы чувствуют себя дурами.
Мои сорняки чувствуют себя дураками.
Моя печь чувствует себя дурой.
Эриксон применяет эту категорию лингвистических паттернов, когда он использует, к примеру, фразу невозможная действительность. Многие естественные носители английского языка отнесутся к этой фразе как к нарушению выборочного ограничения, а именно, как может то, что действительно, быть невозможным, или как невозможное может быть действительным?
Заключительный паттерн, который мы хотим вытащить из этой вербализации Эриксона - паттерн, включающий в использование предикаты однажды, был, сейчас, будет. Общая черта этих предикатов -то, что все они относятся ко времени - так называемые временные предикаты. Именно они имеют следующую направленность:
был - относится к прошлому
теперь - относится к настоящему
89

будет - относится к будущему
однажды - неопределенное отношение* Таким образом, все главные логические возможности в отношении ко времени у Эриксона в единой целостности 16. И опять, существенность этого - в том, что Хаксли позволено выделить интерпретацию, которая максимально конгруэнтна его текущему и будущему опыту. Как мы установили в обсуждении последовательностей предикат-предикат, таких как... потрясающее противостояние..., эти три основных категории лингвистических трансформаций - номинализация, нарушений выборочных ограничений и временных предикатов - взаимодействуют друг с другом, обеспечивая клиенту астрономическое число возможных интерпретаций, из которых можно выбирать, таким образом гарантируя успешное следование гипнотизера.
Очевидно стало, что Хаксли производил интенсивный гипнотический ответ во время продолжительных повторяемых мною высказываний, мною же предложенных, когда он внезапно поднял руку и сказал довольно громко и очень сварливо: "Слушайте, Милтон, вы не думаете заткнуться? Сейчас здесь особенно, сверхэкстраординарно интересно, и ваша постоянная болтовня прямо пугающе отвлекает и надоедает." В течение более чем двух часов Хаксли сидел с открытыми глазами, пристально глядя перед собой. Игра выражений на его лице была очень быстрой и сбивающей с толку. Частота его сердечных сокращений и дыхания, по наблюдениям, менялась неожиданно и необъяснимо, и повторялась с нерегулярными интервалами. Каждый раз, когда автор пытался заговорить с ним, Хаксли поднимал ладонь, возможно еще приподнимал голову и говорил, что автор был ему несколько в тягость, и часто и настойчиво требовал тишины.
После порядком более двух часов, он внезапно взглянул вверх, на потолок, и произнес озадачивающей силой: "Слушайте, Милтон, это экстраординарное непредвиденное осложнение. Мы не знаем все. Вы нам не принадлежите. Вы сидите на краю обрыва, наблюдая нас обоих, и никто из нас не знает, что один говорит Вам; а мы находимся в коридоре, глядя друг на друга с экстраординарным

 

Назад                         Вперед