На главную страницу сайта "Судьба и здоровье"

 

Ирвин Ялом. Экзистенциальная психотерапия. Часть 179

 


 

уверены, что есть нечто, что, как ожидается, вы должны здесь делать.

Пациент: Ну, а разве не так?

Терапевт: Что касается меня, то нет.

Пациент: Хорошо… я… я… я… не понимаю.

Терапевт (улыбаясь): Я думаю, вы понимаете, что я сказал, но не вполне этому верите.

Пациент: Вы правы. На самом деле я не верю, что вы говорите это в буквальном смысле.

Терапевт (после 10-секундной паузы): Я говорю это в буквальном смысле.

Пациент (после напряженного молчания в течение минуты, с некоторым усилием): Могу ли я сказать кое-что о моих приступах тревоги?

Терапевт: Вам кажется невозможным, что я имел в виду именно то, что сказал.

Пациент: Простите… Я не имел в виду… Но я и вправду совершенно не уверен, что я действительно… Простите, что вы сказали?

Терапевт: Я сказал: вам кажется невозможным, что я имел в виду именно то, что сказал.

Пациент (слегка покачивая головой, словно в раздражении): Нет, я хочу сказать, могу ли я… (Он поднимает взгляд и, когда его глаза встречаются с глазами терапевта, начинает смеяться.)

Кайзер полагал, что «все, усиливающее чувство ответственности пациента за его собственные слова, должно иметь целительный эффект»; как показывает этот пример, он отказывался взять на себя ответственность даже в том, чтобы инструктировать пациента относительно действий в терапии.

Эта экстремальная техника имеет очевидные ограничения. На мои взгляд, ошибка Перлза состояла в том, что он давал пациенту слишком много структуры и энергии, а ошибка Кайзера – ровно в противоположном. Ни один терапевт не может помочь пациенту, если тот в силу замешательства, или недостатка структурированности, или недостатка уверенности преждевременно уходит из терапии. Из того, что терапевт намеревается в конечном счете помочь пациенту в принятии ответственности, вовсе не следует, что он должен требовать этого от пациента на каждом шаге терапии, включая ее начало. Терапевтическая ситуация обычно подразумевает гибкость; нередко, чтобы удержать пациента в терапии, терапевт на первых сессиях должен быть активным и поддерживающим. Впоследствии, когда терапевтический альянс закреплен, терапевт может позволить себе акцентировать факторы, стимулирующие принятие ответственности.

В своих работах Кайзер подчеркивает важность терапевтических отношений и коммуникативной прямоты; несомненно, в актуальных терапевтических ситуациях он допускал необходимые компромиссы. Он написал интригующую пьесу под названием «Чрезвычайная ситуация» («Emergency»), в которой терапевтическая гибкость иллюстрируется как нельзя лучше. Главный герой пьесы, психиатр доктор Тервин консультирует миссис Порфири, жену психиатра, которая заявляет, что ее муж находится в состоянии тяжелого расстройства, но отказывается обращаться за помощью. Доктор Тервин приходит к доктору Порфири под видом пациента, обратившегося за консультацией. Постепенно, почти незаметно он, продолжая именоваться пациентом, лечит доктора Порфири. Очевидно, доктор Порфири не способен был принять ответственность, даже ответственность обращения за терапией, и терапевт не стал этого требовать от него, сделав то, что должны делать все хорошие терапевты: приспособил терапию к пациенту.




ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ПО-АМЕРИКАНСКИ, ИЛИ КАК ВЗЯТЬСЯ ЗА СВОЮ ЖИЗНЬ, САМОМУ СОБОЙ УПРАВЛЯТЬ, ПОЗАБОТИТЬСЯ О СОБСТВЕННОЙ ПЕРСОНЕ И ПРЕУСПЕТЬ В УПРАВЛЕНИИ СОБОЙ


Америке концепция сознания ответственности достигла зрелости. То, что некогда было дискурсом – нередко весьма туманным – профессионального философа, а позже bon mot левого авангарда, в нынешнем Новом свете стало пользоваться огромным спросом. Центральной темой многих национальных бестселлеров является принятие ответственности. Чтобы не быть голословным: главы книги "Сферы ваших заблуждений («Your Erroneous Zones») называются «Взятие на себя заботы о собственной персоне», «Выбор

 

Назад                         Вперед